January 30th, 2012

весенняя форма

Азия у нас дома

Вчера на мойке жду, когда помоют мою машину. Мойка большая, одновременно обслуживаются пять машин.
Рядом ждет семья из Азии. Скорее всего киргизы. Хотя черт их разберет.Ждут, когда помоют "жигули" пятой модели.
Папа, мама и девочка.
Папа, обращаясь ко мне:
- Кофе какой-то невкусный в автомате.
- Так у вас какао.
- А...
- А ты палатка держишь?
- В смысле?
- Где работаешь? В палатка?
- Нет, я держу табун лошадей.
Азиат долго на меня смотрел. Оценивал. Но, полагаю, решил, что палатку держать выгоднее.

Интересно, они другие занятия, кроме "палатка держишь" знают?
весенняя форма

жывность из Тагила

Просмотрела в записи последних НТВ-шников.
Сильное впечатление произвел рабочий из путинского заповедника с Уралвагонавода - член штаба Путина Валерий Якушев.
Свежий как огурчик 70-летний  громкий такой дядька. Хорошо, что на Урале так долго живут и такие боровички водятся.
Но...Господи спаси! Какой же нафталиновый! С мозгами-то совсем плохо.
Неужель у них в штабе Пу все такие?
Как сохранились?
весенняя форма

сюжет как в азиатской песне

Прочитала уже половину романа Варгаса Льосы "Праздник козла".
Постепенно понимаю отличие азиатской и латиноамериканской литературной традиции от европейской и американской.
У прославленного (блин, непонятно почему) перуанца Льосы, взявшегося писать на политическую тему - разоблачать тридатилетний режим тирана Трухильо, весь сюжет проистекает только в одной плоскости - это бесконечные стенания о своей загубленности и жажда мести в стаде приближенных Трухильо, которые связаны с ним или родственными или тираническими узами. Что, на самом деле, в неразвитом обществе почти одно и то же.
Все претензии собравшихся мстить престарелому диктатору состоят в том, что теперь старая скотина ничего им дать не может, а предыдущую жизнь жалко.
При этом только одной фразой автор намекает, что деньги на организацию покушения на Трухильо заговорщикам выделили по линии ЦРУ.
Стеснительно так автор об этом упоминает.
Если политические романы, которые создают амеры или европейцы, это, прежде всего, многоуровневая аналитика, которая позволяет заглянуть во многие кабинеты, где готовятся заговоры, то латинос просто стенает в расчете на Нобелевскую премию.
Роман явно заказушный. Если автор умудряется не рассказать о роли ЦРУ сначала в воцарении Трухильо, в тридцатилетней поддержке его со стороны США, а затем в свержении - это признак крайней несвободы автора.
Это только в детских учебниках истории тупо говорится о народном гневе и протесте, который свергает тиранов. А роль иностранных разведок обычно никак не освещается, чтобы не перегружать детские головы лишней информацией, которая усложняет картину мира.
Так и у этого Льосы. Трухильо то, Трухильо се, ссытся и глухой. Ясень пень - пора его кончать.
-----------------------------------------------------------------------
Мне стыдно за Нобелевский комитет. Нельзчя поощрять тупые книжки.